Марк Твен

ЖАННА Д'АРК

Сьер Луи де Конт своим правнучатным племянникам и племянницам

ЛИЧНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ О ЖАННЕ Д'АРК

Сьера Луи де Конта[1], ее пажа и секретаря, в вольном переводе со старофранцузского на современный английский язык Жана Франсуа Альдена[2] с неопубликованной рукописи, хранящейся в национальном архиве Франции, в художественной обработке Марка Твена (Сэмюэла Л. Клеменса)

Книга первая

«В Домреми»

Глава I

Теперь год 1492. Мне восемьдесят два года. То, о чем я собираюсь вам рассказать, я сам пережил и видел собственными глазами в детстве и в юности.

Во всех рассказах, песнях и исторических трудах о Жанне д'Арк, которые вам и всему миру доводилось слушать, читать и изучать по книгам, напечатанным позднее более усовершенствованными способами, упоминается и обо мне, сьере Луи де Конте. Я был ее пажом и секретарем. Я был при ней от начала до конца.

Вырос я в одной деревне с нею. Я играл с ней каждый день, когда мы оба были еще детьми, точно так же, как и вы играете со своими сверстниками. Теперь, когда мы сознаем ее величие, когда ее шля гремит во всем мире, может показаться странным, что все, о чем я рассказываю, сущая правда; это похоже на тусклую, ничтожную свечку, рассуждающую о вечно сверкающем солнце: «Оно было моим сверстником и закадычным другом, когда мы оба были свечками».

Но все же это сущая правда, как я и сказал. Я был ее товарищем в играх, а на войне сражался рядом с нею. До сегодняшнего дня отчетливо и ярко сохранились в моей памяти ее прекрасный, светлый образ, ее изящная маленькая фигурка; вот она, с отброшенными назад волосами, в серебряной кольчуге, прильнула грудью к шее коня и мчится в атаку во главе французской армии, все дальше и дальше врезается в гущу боя и порою почти исчезает из вида, скрываясь за головами коней, за поднятыми мечами, за развевающимися на ветру перьями шлемов и за преграждающими путь щитами. Я был с нею до конца, и когда наступил тот черный день, который ляжет неизгладимым пятном на ее убийц в сутанах[3], этих французских рабов Англии, и на Францию, оставшуюся безучастной и не предпринявшую ни малейшей попытки к ее освобождению, — моя рука была последней, которой Жанна д'Арк коснулась при жизни.

Проходили годы и десятилетия, и образ чудесной девушки, промелькнувшей метеором на военном горизонте Франции и исчезнувшей в дыму инквизиторского костра, отодвигался все дальше и дальше в прошлое и становился все более поразительным своей необычностью, священным, трогательным и прекрасным. И только теперь я полностью понял и осознал, кем была она, — благороднейшим существом, когда‑либо жившим на свете после Сына божьего.

Глава II

Я, сьер Луи де Конт, родился в Невшателе 6 января 1410 года, то есть как раз за два года до рождения Жанны д'Арк в Домреми. Моя семья бежала в эти отдаленные районы из‑под Парижа в начале столетия. По своим политическим убеждениям мои родители были арманьяками‑патриотами[4]: они горой стояли за своего французского короля, хотя он не

[1] Луи де Конт  (Луи де Кут) — личность историческая. Это земляк и друг детства Жанны д'Арк, впоследствии один из сподвижников в походах и — после ее смерти — свидетель на Процессе реабилитации Жанны д'Арк в Париже в 1455 г. Его показания, данные на Процессе под присягой, занесены в протокол и, наряду с другими документами той эпохи, используются историками в качестве первоисточников при описании подвигов Жанны д'Арк.

[2] Жан Франсуа Альден  — вымышленное имя переводчика якобы найденной в национальном архиве Франции старофранцузской рукописи личных воспоминаний о Жанне д'Арк ее пажа и секретаря Луи де Конта. Этим псевдонимом М.Твен прикрывал свое авторство при печатании романа в журнале «Харперс мэгезин» в 1896 г.

[3] …на ее убийц в сутанах  — то есть французских мракобесов, представителей католической церкви, верных слуг иноземных захватчиков — англичан, по приказу которых был начат позорный процесс против национальной героини Франции, завершившийся 31 мая 1431 года публичным сожжением Жанны д'Арк на костре в Руане.

[4] Арманьяки‑патриоты  — представители влиятельной феодальной группировки в царствование французского короля Карла VI Безумного (1380—1422). Получили свое название от фамилии графов Арманьяков, возглавлявших эту клику в борьбе за власть с другой феодальной группировкой — бургундцами. Арманьяки, поддержавшие французского наследного принца Карла (будущего французского короля Карла VII (1403—1461), считали себя патриотами и именовались «французской партией»; бургундцы же, находившиеся в союзе с англичанами, признавали наследником французского престола английского короля Генриха V и назывались «английской партией». После победы англичан над французами при Азенкуре (октябрь 1415 г.) английский король Генрих V заключил союз с герцогом Бургундским и вскоре занял весь север Франции вместе с Парижем.